weather

USD 2.5623

EURO 3.0749

RUR(100) 3.4247

search

Эхо недели: «Диагноз – неутешительный…»

Как Министерство иностранных дел Литовской Республики должно было отреагировать на запрос Генпрокуратуры Беларуси по поводу выдачи Светланы Тихановской? Теоретически здесь могло быть несколько вариантов.

Например, удовлетворить просьбу белорусской стороны. Или вежливо отказать, предоставив вразумительную (но не обязательно) причину отказа. Или и вовсе проигнорировать предложение, которое идет в разрез с национальными интересами и политическими приоритетами страны.

Однако литовская сторона выбрала особенный путь – отчасти даже поэтический.

«Белорусскому режиму мы можем сказать: скорее ад замерзнет, чем мы начнем рассматривать его требования», – приводит слова главы литовского внешнеполитического ведомства Габриэлюса Ландсбергиса пресс-служба МИД Литвы.

И это не просто формальный отказ, не просто банальное игнорирование просьбы Генеральной прокуратуры Беларуси, – это, по сути, эмоциональный приговор, который МИД соседней страны вынес нынешней белорусской власти. И приговор этот, скорее всего, окончательный и обжалованию не подлежит.

ЛИЦО ЗА РЕШЕТКОЙ

На что рассчитывал белорусский МИД, подавая запрос об экстрадиции Светланы Тихановской – непонятно. Хотел ли он приурочить ее арест к Международному женскому дню 8 Марта – неизвестно. Однако доподлинно известно, сколько белорусских женщин встретило этот праздник в тюремных застенках, попав туда за свою активную гражданскую позицию.

По данным лишенного аккредитации правозащитного центра «Весна», сегодня в Беларуси известно о 141 уголовном деле против женщин, заведенном с начала избирательной кампании. Как минимум 49 женщин находятся в местах заключения или под домашним арестом.

Десять из них уже осуждены на реальные сроки лишения свободы, остальные ожидают судов. Тридцать восемь женщин признаны политзаключенными. Минимум 17 приговорены к «домашней химии» либо штрафам и находятся в данный момент на свободе.

Также на свободе находятся как минимум 75 женщин в статусе подозреваемых по уголовным делам. Часть из них была вынуждена эмигрировать из страны в целях собственной безопасности. И еще две знаковых цифры: самое суровое наказание на данный момент получила гражданка Швейцарии Наталья Херше – два с половиной года колонии.

На женском марше 19 сентября она сорвала балаклаву с омоновца. И еще восьмого марта исполнилось ровно полгода с тех пор, как утром 8 сентября Марию Колесникову пытались насильно депортировать из Беларуси в Украину.

Как известно, находясь на пограничном переходе, она порвала свой паспорт и снова была задержана. Летом, осенью и зимой средства массовой информации неоднократно писали о том, что у белорусских протестов «женское лицо». Согласитесь, как-то уж очень дико видеть сегодня это «лицо» за прутьями тюремной решетки.

РЕЗАТЬ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ…

Минский «Мотовелозавод», на который А. Лукашенко прибыл на прошлой неделе для принятия очередных эпохальных, прорывных, глобальных, окончательных (очередность всех этих эпитетов подберите сами) решений, имеет очень долгую, интересную и показательную историю. Первая продукция завода появилась в Минске в середине 1947 года.

С тех пор и практически до конца девяностых «Мотовелозавод» работал прибыльно и стабильно. Затем начались, как бы это потактичнее выразиться, экономические эксперименты.

Сначала предприятие преобразовали в ОАО, и дела сразу покатились под горку. Затем заводу реструктурировали долги, освободили от уплаты пени по задолженностям «Минскэнерго» и «Минскводоканалу», выдали бюджетный заем и национализировали.

Позже контрольный пакет акций продали австрийской компании ATEC Holding GmbH, связанной с бизнесменом Александром Муравьевым. Несмотря на то, что новые владельцы инвестировали в предприятие более 20 млн долларов, после масштабных проверок в 2015 году Муравьева приговаривают к 11 годам лишения свободы с конфискацией имущества. «

Мотовелозавод » снова возвращается государству. Тогда же предприятие возглавил бывший председатель Мингорисполкома Николай Ладутько. Однако и «крепкий хозяйственник» не сумел сдвинуть бывший флагман белорусской экономики с мертвой точки.

За период с 2007 по 2018 годы персонал велозавода сократился в более чем 30 раз: с 2700 до 76 человек. В 2018 году предприятие снова признали банкротом… И вот нам уже в который раз рассказывают старую добрую сказку об очередной «модернизации». О том, как через пять лет на месте замшелых цехов, с инфраструктурой и оборудованием 70-х годов вырастет что-то новое, грандиозное, передовое и безумно наукоемкое.

О том, что надо опять немножко потерпеть, поднапрячься, опять вбухать десятки миллионов бюджетных долларов, наплевав на прежние долги, разработать хитроумные планы – и тогда новенькие современные велосипеды, мотоциклы и скутеры стройными рядами покатятся с конвейера прямо в руки заждавшихся потребителей. Бла, бла, бла…

Результаты всех эти маниловских прожектов мы уже видели на барановичском БПХО, пинском «Полесье», минском «Сукне», «Брестском пиве», осиповичском вагоностроительном, климовичском ЛВЗ и т.п. Это когда о предприятии можно смело сказать «пациент скорее мертв, чем жив».

И диагноз этот типичен практически для половины субъектов белорусской экономики. Что со всем этим делать? Один из действенных рецептов знаком нам еще по лирической комедии Михаила Казакова «Покровские ворота», вышедшей на экраны в 1983 году – «Резать к чертовой матери, не дожидаясь перетонитов!»

Не нравится? Тогда давайте снова бла, бла, бла и опять все по кругу…

Высказания автора могут не совпадать с точкой зрения редакции газеты. Приглашаем в сотрудничеству авторов с различными мнениями.

Материалы по теме
Top