weather

USD 2.5486

EURO 2.8758

RUR(100) 3.4345

search

Как оставаться оптимисткой и не бояться одиночества рассказала жительница Ганцевщины София Бобкович

Есть такое расхожее утверждение, что старость не радость. Но так ли это? Спросили у пожилой сельчанки из д. Любашево Софии Бобкович. Женщина порассуждала о том, что её радует и как она относится к неизбежному спутнику старости – одиночеству.

София Бобкович, жительница д. Любашево, Ганцевичский раонй.
София Бобкович, жительница д. Любашево, Ганцевичский раонй. / Фото: София Бобкович, жительница д. Любашево, Ганцевичский раонй.

Родилась София Игнатьевна в д. Любашево и всю жизнь – за небольшим исключением, когда уезжала на учебу в Гродно, а потом недолго с супругом жили в городской квартире в Ганцевичах – прожила в родной деревне. Она оказалась очень общительной и приятной собеседницей. Не ощущалось, что она испытывает недостаток в общении: за время разговора с журналистом ей позвонили дважды.

«Мне часто звонят дети, родственники, а то и друзья, односельчане. Поговорить о житье-бытье у меня всегда есть с кем», – улыбаясь, сказала женщина.

И пояснила, что хоть и живет теперь одна, но привыкла к этому давно.

София Бобкович из тех людей, которые в любом возрасте никогда не жалуются на жизненные обстоятельства, и всегда полны оптимизма.
София Бобкович из тех людей, которые в любом возрасте никогда не жалуются на жизненные обстоятельства, и всегда полны оптимизма.

«Многие мои сверстники так живут. Дети выросли, у них свои семьи. Пожилым родителям за них радоваться нужно, а не печалиться о своём», – сказала она.

А потом ненадолго задумалась и заключила:

«Мне на самом деле не бывает скучно или тоскливо, всегда могу найти себе занятие. Вот телевизор посмотрю. Или читать сяду. Особенно люблю вашу газету, выписываю её давно и читаю от корки до корки».

Как оставаться оптимисткой и не бояться одиночества рассказала жительница Ганцевщины София Бобкович
София Бобкович читает газету «Ганцавіцкі час»

Мечтала быть фармацевтом, а работала в торговле

Судьба Софии Бобкович (в девичестве Плотко) не была простой. Её детство выпало на военные годы, да и послевоенное время лёгким не было. Сельчанка говорит, что в те годы учеба в школе не была приоритетной, многие её сверстники, окончив в Любашево начальную школу, завершили на этом своё образование.

Но родители Софии, хоть и были простыми людьми (мама работала в колхозе, а отец в городе, в котельной леспромхоза), а детей стремились выучить.

«Выучишься – человеком будешь», – говорил Софии отец.

И она одна изо всей деревни ходила в среднюю школу №2 в городе. Вспоминает, что было очень страшно потемками возвращаться домой: Любашево тогда ещё не расстроилось – сельские дома начинались далеко от города, не было и сушильного завода, только кусты и дорога в глубоких рытвинах. Поэтому девочка ходила домой мимо старого городского кладбища.

«Иду, а у самой душа в пятках. Я, чтобы не бояться, на звезды смотрела – на Большую и Малую медведицу, они меня домой вели…» – улыбаясь,расссказывала сельчанка.

По окончании десяти классов с подругой решили поступать на фармацевтов и поехали в Могилев. Однако не прошли по конкурсу. Чтобы не терять год, устроилась продавцом в избу-лавку в Любашево. Правда, начальнику сельпо пришлось трижды её уговаривать, чтобы она приняла торговый объект.

Только она согласится, как какой-нибудь «доброхот» из односельчан скажет:

«Ну-ну, иди поработай, если у родителей корова есть…»

Намекали ей на недостачи, из-за которых продавцов даже судили. А молодая да неопытная София как огня боялась проторговаться, поэтому и шла на попятную. Но потом согласилась: её родственница в сельпо работала счетоводом и научила девушку считать на счетах, а начальник обещал лично помогать новичку в торговом деле освоиться с профессией.

Спустя месяц в лавке провели ревизию – София торговала без недостачи, и это её воодушевило. Она стала работать без помощи начальника. А позже её направили на трехмесячные курсы повышения квалификации в Гродно.

По окончании курсов работы в родной деревне Софии не нашлось, её хотели перевести в городской универмаг (по воспоминаниям сельчанки, ранее он располагался примерно там, где сейчас стоит магазин «Огненные воды»). Но её предупредили, что там часто случаются недостачи, и девушка рискнула поступить в школу продавцов в Гродно.

«Если честно, я сбежала, чтобы не вляпаться в неприятности», – пояснила София Игнатьевна.

Замужество и новомодная профессия экономиста

В Гродно девушка поселилась с подругой на съемной квартире: в общежитии в одной комнате ютились по 10 человек. Вспоминает, что стипендия по тем временам была высокой – около 250 рублей. Девчата сбрасывались по 100 рублей на питание и походы в кино, а остальные деньги тратили на обновки.

«Я же молодая была, хотелось модно приодеться», – сказала София Игнатьевна.

В свободные вечера девчата ходили на танцы – неподалёку от их жилья был клуб железнодорожников. Там же она познакомилась с мужем: Михаил зашёл туда случайно, так как получал высшее образование в сельскохозяйственном учреждении (учился на зоотехника). Пригласил на танец симпатичную Софию, а после домой провожать пошел. Они договорились встретиться на следующий день в сквере.

София на первое свидание взяла подругу, а парень не пришел. На следующий день появился в доме у девушки с извинениями: оказывается, он в тот день провожал двоюродного брата в армию. Молодые помирились, начали встречаться, а через год расписались. Еще через год родился их первенец – дочь Аллочка.

К тому времени они оба закончили свои учебные заведения, София даже успела до декретного отпуска поработать в торговле в Гродно. Они приехали жить в Любашево, и девочка появилась на свет уже в Ганцевичском роддоме.

София Игнатьевна вспоминает, что пару лет они жили в доме её родителей большой и дружной семьёй: мать и отец, его сестра-инвалид, брат и сестра Софии, да их семья с младенцем. Пока женщина сидела в декрете, муж нашел работу в сельхозуправлении.

«Ездил по колхозам с проверками, учил работать», – пояснила сельчанка.

Молодые стали в очередь на жилье и вскоре получили собственную двухкомнатную квартиру в городе. А через четыре года после рождения дочери у пары появился и сынок Сережка. В городской квартире стало тесновато, и отец Софии предложил молодым строиться. В городе им поставили условие – строить дом из кирпича.

«Нам это не подходило. Сын часто болел простудными заболеваниями, нужно было строить деревянный дом, чтобы был теплый и чтоб «дышал»», – сказала сельчанка.

Они получили участок в Любашево на границе с городом и вскоре праздновали новоселье. Когда дети подросли, София загорелась новой идеей – получить образование бухгалтера. Она поехала поступать в Молодечно на заочное отделение. Но там что-то перепутали с документами, и в итоге она стала получать образование экономиста.

Первое время опасалась, что в родном городе не найдется ей работы, так как экономисты были в единичных организациях, к тому же она хотела остаться в торговле. Муж решил помочь ей и сходил на прием к первому секретарю в райком партии, рассказал о проблеме, и вскоре София уже работала экономистом в Ганцевичском сельпо, а потом, после реорганизации, и в Ганцевичском райпо.

Она ничуть не сожалеет, что всю жизнь – до самой пенсии – проработала в торговле, и по прошествии многих лет теперь не представляет, как сложилась бы её жизнь, если бы она выучилась на фармацевта.

«Рада, что в свое время провидение меня направило в торговлю», – пояснила София Игнатьевна.

Вспоминает, что в тяжелые перестроечные годы, когда было время тотального дефицита, доставать некоторые вещи – особенно обувь, белье, одежду, а также бытовую технику, на которую была очередь – людям торговли было легче. Но она не злоупотребляла своим положением. Зато трудилась на совесть, и её часто награждали. Особенно ценной для Софии Бобкович является медаль “Ветеран труда”.

София Бобкович имеет немало наград за свой труд, но самой ценной для неё является медаль «Ветеран труда» (на фото на руке слева).
София Бобкович имеет немало наград за свой труд, но самой ценной для неё является медаль «Ветеран труда» (на фото на руке слева).

«Это самая лучшая награда за мой труд», – сказала пожилая сельчанка.

Но и дома ей приходилась немало трудиться. Как и все сельские жители, садили огород, держали хозяйство: свиней и птицу. Коровы у них не было. София Игнатьевна вспомнила забавный случай. Когда ее мама постарела, то хотела отдать свою корову ей. Но зять наотрез отказался.

«Корова по моему двору ходить не будет!» – вот как мне муж заявил, едва я заикнулась о корове. – Сказал, как отрезал», – смеясь, заключила она.

«Лечусь только у сына»

Если большинство ганцевчан только мечтают иметь семейного доктора, то Софии Игнатьевне Бобкович повезло в этом плане. Её сын – известный многим ганцевчанам врач-хирург Сергей Бобкович, который работал ранее в Ганцевичской райбольнице, но уже много лет назад переехал врачевать в Клецк.

Пожилая женщина говорит, что с любыми «болячками» она обращается к нему. Вот и этой зимой, заболев коронавирусом, едва она заикнулась о плохом самочувствии, так сын определил её в больницу в Клецке.

София Игнатьевна рассказала, что не понимает, как и где она могла заболеть «ковидом», ведь она с трудом ходит, поэтому из дома почти не отлучается. А по хозяйству ей помогает соцработник. В период пандемии сельчанка ограничила общение с односельчанами.

«Сын посоветовал. Ведь я из-за возраста нахожусь в зоне риска», – пояснила она.

Когда заболела, поначалу не поняла, что это «ковид», думала – бронхит. Попросила соцработницу купить ей таблеток, которыми обычно лечилась. Когда не помогло, вызвала на дом врача из Ганцевичской поликлиники. Но и назначенное им лечение также не помогло. Тогда София Игнатьевна позвонила сыну и пожаловалась на самочувствие.

«Я не теряла обоняние, не температурила. Просто не ела ничего, пища была безвкусной, не лез кусок в горло. И еще слабость были неимоверная – порой трудно было с постели встать», – рассказала сельчанка.

Сын буквально через несколько часов был у мамы, забрал её на обследование в больницу в Клецк, где у неё подтвердился коронавирус, и женщину положили в отделение. Говорит, что и там поначалу она не ела почти ничего, только «питалась» лекарствами и дышала кислородом. Вспоминает, что труднее всего было выполнять рекомендации медработников лежать на животе.

«Как только медсестричка отвернется, ложусь на спину. Так меня просили хотя бы на боку лежать», – вспоминает пожилая женщина.

Поняла, что пошла на поправку лишь тогда, когда захотелось кушать. Сын принёс ей обжаренные окорочка.

«И мне вдруг так захотелось есть! Съела один – ещё хочу. Но не рискнула – после длительного недоедания», – сказала она.

В больнице пожилая женщина провела десять дней. Но и по возвращению домой некоторое время принимала лекарства. Вспоминает, что слабость и общее недомогание преследовали её ещё длительное время. Она поделилась ощущениями:

«Это было самое худшее – чувствовать себя беспомощной и слабой. Хорошо, что всё прошло».

«Мои года, моё богатство…»

Слова из песни Вахтанга Кикабидзе как нельзя лучше передают отношение к своему возрасту Софии Бобкович. Говорит, что прожила хоть и долгую, но правильную жизнь, ведь им с мужем удалось вырастить и воспитать двоих замечательных детей. Дочь живет в Гродно, сын – в Клецке. У неё четверо внуков и уже восемь правнуков. София Игнатьевна овдовела несколько десятилетий назад.

Но, по её словам, не чувствует себя одинокой, ведь постоянно общается со своими родными, которые не только навещают её по мере возможности, но и регулярно звонят. А сын так вообще едва ли не каждую неделю бывает у мамы.

«Одиночество – это не про меня. Оно становится наказанием для тех, кто не в ладах со своими детьми, да и просто с людьми, когда слова не с кем перемолвить», – пояснила пожилая сельчанка.

Она сказала, что гордится своими детьми и внуками, которые получили отличные профессии и работают, а некоторые так вообще выехали жить за рубеж – в Польшу и Испанию. Радуется за правнучат, которые растут любознательными детьми. С удовольствием узнает новости об их успехах, и часто достаёт фотографии, чтобы полюбоваться. Сельчанка сказала:

«Мое женское счастье удалось. А большего мне и не надо».

Материалы по теме
Из рубрики
Top